РЕКЛАМА:
Инфо-партнер:

Маршруты

29 Августа

По следам Вазов

Маршрут корабля

Маршрут фрегата "Ваза"

История несчастливого парусника

Печальным эпизодом, вошла в историю династия королей Швеции - Вазов. В 1628 году король Густав II Ваза построил самый большой на тот момент военный корабль, который…затонул в первое же плавание. Сейчас этот парусник выставлен в музее, который считается самым посещаемым в Стокгольме. 


Желая достичь полного господства Швеции в восточной части Балтийского моря, Густав II Адольф Ваза, король Швеции, начал создавать сильный военно-морской флот. В 1625 году он принялся строить 4 военных корабля. Особое внимание уделялось флагманскому, который должен был стать  самым большим в мире. Густав, будучи натурой артистической (он очень любил театры, вот и сейчас в центре Стокгольма стоит памятник именно королю-театралу), пытался привнести красоту и роскошь везде. Приступив к строительству, король денег не жалел. Помимо размеров, флагманский парусник должен был поразить всех и своей роскошью. Король часто появлялся на верфи и вмешивался в процесс строительства, давая указания: здесь добавить позолоту, здесь – еще скульптуру. Особенно богато была отделана резьбой и украшениями кормовая надстройка, возвышавшаяся на 20 метров над палубой. На выдвинутом далеко в нос форштевне грозно пригнулся, готовый к прыжку, огромный и очень тяжелый лев. А всего на «Вазе» было около 700 скульптур и резных украшений. Это был груз в верхней части корабля, увы, сыгравший потом роковую роль.


Также против всех правил обеспечения устойчивости король потребовал, чтобы на корабле было установлено вдвое больше пушек, чем на любом другом шведском корабле. На «Вазе», названном в честь династии, установили 64 пушки, в том числе 48 бронзовых 24-фунтовых пушек главного калибра. Все вооружение весило 72 тонны, и значительная часть этого груза располагалась в верхней части корабля. Значит, центр тяжести конструкции сместился вверх. Были установлены и огромные мачты, самая высокая из которых возвышалась на 49 метров над килем (почти на половину высоты Исаакиевского собора в Петербурге). В то же время, заботясь о скорости «Вазы», король приказал сделать корпус очень узким - значительно уже, чем у других кораблей. В результате и без того явно недостаточная устойчивость парусника стала угрожающей, хотя главный строитель, рискуя навлечь на себя гнев короля, самовольно увеличил ширину на 40 см.


И вот наступил торжественный день спуска корабля - воскресенье, 10 августа 1628 года. Солнце ярко светило. На рейде Стокгольмского порта выстроилась вся королевская эскадра. На борту «Вазы» находилось около 500 человек: 150 моряков, 300 солдат и офицеров сухопутной армии и несколько десятков членов семей, которым разрешили проводить своих близких до внешнего рейда Стокгольмского порта. На корабле поставили четыре паруса, которые постепенно начали наполняться ветром. Неожиданно налетел шквал. Парусник сильно накренился, в нижние пушечные порты хлынула вода, и великолепный корабль "с поставленными парусами, флагами и прочим", как заявляли потом  свидетели на судебном процессе, посвященном разбору гибели «Вазы», опрокинулся и затонул. К счастью, большинство находившихся на его борту людей стояли на верхней палубе, так что они успели броситься в воду, и их спасли многочисленные суда, эскортировавшие флагманский корабль. Поэтому погибло около 50 человек - те, кто в момент опрокидывания находился внутри корпуса. Весь Стокгольм был в трауре. Стоимость погибшего корабля в переводе на современные деньги составила около 20 млн. евро. Вместе с «Вазой» погибли многие надежды Швеции: пришлось на некоторое время отложить борьбу за титул владычицы Балтийского и других северных морей.

Королевский фрегат

Королевский фрегат "Ваза" | travelgatesweden.se


Поскольку это событие было со временем достаточно точно описано, то, спустя почти 300 лет, подводный археолог-любитель Андерс Францен решил отыскать парусник. Каждое лето он брал свою моторную лодку и целыми днями прочесывал акваторию Стокгольмского порта, опуская бур. И вот однажды летом в 1955 году усилия увенчались успехом – ему удалось поднять со дна кусочек почерневшего дуба. После обследования выяснилось, что, пролежав в иле три сотни лет, корабль прекрасно сохранился. Была разработана целая сложная операция по его подъему. Все прошло успешно, судно не развалилось на воздухе. Специально для него был построен музей.

Это такая же визитная карточка города, как и его терракотовые крыши, над которыми, кажется, до сих пор гудит своим моторчиком «упитанный мужчина в расцвете лет» - Карлсон, музей которого в Стокгольме также весьма посещаем. Также можно заехать в один из лучших этнографических музеев – Схансен. Здесь построены деревенские дома и усадьбы, мельницы, почты и вокзалы. Есть даже местная железная дорога. Словом, окунуться в быт прошлого весьма интересно.


Чтобы увидеть, как жили Вазы, лучше посетить королевский дворец, расположенный в центре города. Но жили они здесь не всегда, иногда приходилось и отправляться в путь. Так, возвращаясь к истокам династии - после кончины Густава Вазы на престол взошел его старший сын Эрик (Эрик IV), а его брат Юхан стал герцогом финляндским, и его ждала столица финляндского герцогства – Турку. 

Путь в Турку

И в один из дней 1560 года он поднимает паруса и отправляется в замок Або в Турку, где будет его резиденция. Был ли тот день солнечный или пасмурный, был и штиль, или попутный ветер гнал корабли Юхана навстречу новой судьбе – история умалчивает. Но что настроение у честолюбивого юноши было плохим – это точно, поскольку статус герцога его никак не устраивал, тем более что коронация брата прошла чрезвычайно пышно. Возможно, именно эти невеселые мысли обуревали его, когда он приближался к Аландским островам, первому архипелагу, попавшемуся ему по пути, поскольку много позже именно сюда, в крепость Кастельхольм он и сошлет своего старшего и на тот момент удачливого брата. Мы же завернем на эти острова, потому как здесь, правда, много позже тех событий, вершилась русская история.


Аландские острова, русский след

Суровой зимой 1809 года, когда воды залива были скованы прочным льдом,  во время очередной русско-шведской войны на Аланды с юга наступал корпус генерал-лейтенанта Багратиона, с севера -  генерал-лейтенанта Барклая де Толли. Впереди наступающих шел передовой отряд гусар генерал-майора Кульнева, в котором находился Денис Давыдов. Неделя понадобилась русским войскам, чтобы достичь Фаст Оланда - главного острова архипелага. Пятого марта 1809 года весь Аландский архипелаг был занят русскими войсками. А пятого сентября того же года был заключен Фрид-рихсгамский мир, закончивший эту, пятую по счету, русско-шведскую войну, оказавшуюся последней в истории отношений России и Швеции. Финляндия и Аландские острова отошли к России. И, как казалось, навсегда…Но в марте 1918 года  по Брестскому миру русская история Аландов закончилась.


Сейчас о пребывании здесь русских напоминают и большой камень с надписью-посвящением русским воинам - защитникам крепости Бомарзунд, и здание русской «губернской» архитектуры - почта в Эккере, и памятник Николаю Ситкову, одному из основателей Мариехамна. Он входил в комиссию по формированию городской управы, позже занимал пост городского казначея и был заседателем городского суда. Организация торгового мореплавания на Аландах - во многом заслуга Николая Михайловича. Недаром он состоял почетным вице-консулом Швеции и Норвегии на Аландских островах.


А еще и главный город Аландов – Мариехамн – назван в честь русской императрицы. После войны местная общественность обратилась к императору Александру II с ходатайством разрешить основание города-порта на главном острове. А чтобы наверняка получить согласие, ходатаи предложили наименовать город в честь супруги императора Марии Александровны. Царским манифестом 4 февраля 1859 года основание города Мариехамна ("Гавани Марии") было "всемилостевейше" разрешено, а 20 февраля 1861 года была подписана грамота, устанавливавшая статус города. От этой даты он и ведется отсчет его существования.


Городок Мариехамн - тихий, малоэтажный, чистый и уютный городок – настоящее путешествие в XIX век. Автомобили здесь не мешают спокойно прогуливаться по улицам, и вовсе не потому, что их здесь нет. Здесь принято уступать дорогу велосипедистам, а также надо с опаской глядеть на проносящихся вблизи молодых людей на роликах. Аккуратные домики, во дворах стоят на специальных подставках - кильблоках суда: яхты, катера, моторные и просто лодки…


Вообще места вокруг очень живописные, вот как описывали их путешественники: «при таком каботажном плавании судно идет по совершенно спокойной воде, какая бывает при полном штиле, скорее даже по озеру, между бесчисленными островами, поросшими лесом. Иногда они проходят так близко от борта судна, что кажется, будто оно идет по суше. Судно движется по "проезжей части" водной дороги, фарватеру, и невольно замечаешь, сколь тщательно он обозначен: огромное число маяков, вех, буев. Ночью все это светится, и фарватер напоминает городскую улицу. Можно бесконечно наблюдать смену островов, но так и не заметить, когда среди них покажется главный - Фаст Оланд, то есть - в переводе - Главный из Аландов. Об этом догадываешься, когда на берегу появляется множество домов, паромный терминал, развевающиеся на высоких флагштоках флаги Финляндии, Аландов и Европейского Союза».


Сейчас Аланды, входящие в состав Финляндии, имеют особый статус: свой парламент, свои флаги, свою столицу. Эта зона свободной торговли, так что цены здесь ниже.

Нагу  - край земли финской

Но, отдав дань событиям  не столь далеким, возвращаемся на корабли Юхана, держащие путь на восток, пресекающие Ботнический залив, разделяющий Стокгольм и Турку. Мимо проплывают красивейшие острова, которых по всему заливу великое множество: абсолютно разных размеров, с деревьями и без, с домами и необжитые. Попадаются и так называемые «лысые». Нет, растительность на них есть, это она «лысая». Дело в том, что на этих островах столько птиц, что они загадили все деревья, и те просто лишились своих покровов. Вот такой перекос в природе. Но птиц не уничтожают, принеся в жертву им растительность.


На смену Аландскому архипелагу совершенно незаметно приходит соседний - Турку – нас встречает Финляндия. Остановка – остров Нагу. Здесь есть отличная гостевая стоянка при гостинице Strandbo, арендная плата «за постой» - 18 евро в сутки. Как и везде в регионе – единение первозданности и цивилизации. Опять же поражает тишина и покой.


У гостиницы есть договоренность в с владельцами расположенных рядом островов об организации рыбалок и охот для путешествующих экипажей (что важно в Финляндии, просто так здесь вряд ли удастся порыбачить). Предлагаются всевозможные виды рыбалки, особенно славится здесь ловля лосося. Везде по архипелагу по дну моря проложены электрические кабели – цивилизация! Кроме того, проложены и отличные дороги. Там, где острова не соединяются мостами, работают паромы. Причем, курсируют они каждые 10 минут, так что от Нагу до Турку можно добраться и по шоссе, но мы поднимаем паруса.

Парайнен – город парусников

Здесь так любят паруса, что даже на центральной площади им стоит памятник! И немудрено, ведь это единственный город, окруженный со всех сторон водой, она занимает половину из 480 кв. км городской площади. Первые поселения здесь датируются 1300-ми годами, когда на острове начали добывать известняк. Рядом росли поселения, где начали заниматься и сельским хозяйством. На холмах стояли ветряные мельницы, по которым издалека моряки узнавали погоду. Возможно, те паруса на центральной площади стоят в память как раз об этих мельницах, поскольку сделаны как флюгеры, показывают направление ветра.


Определял ли наш герцог Юхан погоду по мельницам, посещал ли карьер – неизвестно. Последнее вполне возможно, поскольку в сферу его интересов, как и у любого монарха, строительство, конечно же, входило. Выработку известняка  продолжают здесь и в наши дни. За все прошедшие века человек настолько вбурился здесь в недра Земли, что сейчас дыра выросла до невероятных размеров, превратившись во что-то уже нереальное: глубиной больше сотни метров, с петляющими в невероятном рисунке трассами и с почему-то оставленным посередине островом – здесь вполне можно  снимать какие-нибудь сюрреалистические фильмы. Сейчас на краю карьера оборудована смотровая площадка, и это зрелище следов деятельности гомо сапиенса посмотреть стоит, а заодно можно посетить и расположенный рядом индустриальный музей.  Якорь можно бросить в гостевых гаванях Airisto и Kalkholmen, последняя расположена в самом центре города.


Доступная резиденция

До Турку остается всего несколько часов пути, но хочется сделать небольшой крюк на север, чтобы посетить усадьбу Култаранта - резиденцию нынешних правителей Финляндии. Расположена она около города Наантали. Место это было приобретено в XIX веке крупным финским промышленником Альфредом Корделиной, он и построил здесь замок. Детей у Альфреда не было, усадьбу он завещал университету, у которого в середине прошлого века, когда зашла речь о создании летней резиденции для президентов, ее выкупили.


Усадьбу окружает невысокий забор: никакой колючей проволоки, никаких автоматчиков. Более того, сюда охотно пускают экскурсии: от причала в Наантали с 26 июня по 12 августа ежедневно, кроме понедельника, в 14.00 отходит теплоход с группой. Можно добраться до ворот и своим ходом – гид ждет вас в 15.00 у входа. А по пятницам с 18.00 до 20.00 резиденция открыта для свободного посещения.


Территория здесь, конечно же, ухоженная,  но поражает своей простотой. Так, «финский зал» в парке, выполненный в синих и белых тонах (колористика национального флага), засажен всего лишь ромашками и люпинами – цветками довольно незатейливыми. Поражает табличка на дорожке, ведущей к замку: «приват», то есть дальше не ходить, здесь президент живет. И никто и не идет!


Еще можно удивиться густым зарослям елок, в которых может легко спрятаться не один десяток террористов. А еще в этих зарослях есть лабиринты-загадки, называются они «дипломатические». В них можно заблудиться. Предполагается, что здесь человек уединится и будет думать о чем-то философском – да ценности у финнов явно другие.

Маннергейм и Муми-Тролли

Наантали - один из старейших городов, датой его основания считается 1443 год. Центральная улица города носит имя выдающегося финского маршала Маннергейма. Финны гордятся больше всего тремя своими соотечественниками: маршалом Маннергеймом, композитором Сибелиусом и бегуном Пааво Нурми. Сохранена в городе и средневековая улица, которая в  традициях тех времен не имеет названия, у каждого дома вывески: булочная, сапожник…Дома, как было принято в Финляндии, из дерева. Впрочем, финны чрезвычайно чтят традиции и сейчас строят почти такие же дома, как и много лет назад: с каменным первым этажом, максимум трехэтажные, обшитые вагонкой, пастельных тонов – голубые, розовые, серые, сиреневые. Скромные, функциональные, демократичные.


На высоком холме в Наантали стоит самый старый монастырь во всей северной Европе – святой Биргиты.  В монастырской церкви, как и во всех храмах Финляндии, к потолку подвешен корабль – профессия у моряков опасная, и они хотели, чтобы каждый раз священник вспоминал их во время службы и желал им удачи.
В конце прошлого века недалеко от монастыря построили местный Диснейленд – страну Муми-Троллей. Кто читал сказку, тот с удовольствием посетит Синий дом, театр Emma, лагерь Снусмумрика, мастерскую Снорка и пройдет по Сказочной тропе. Урок хороших манер от госпожи Филифьонки с удовольствием слушают и взрослые, и написание писем на местной почте, кажется, занимает их не меньше детей.

Замок романтических историй

Замок Або, был он построен на острове еще в XIII веке по всем законам фортификации – с высоченными гладкими стенами, подъемным мостом и ямой с медведем под ним. С полностью изолированными этажами, соединявшимися лишь деревянными балконами, которые в случае осады уничтожались, и на верхних этажах можно было скрываться. Именно во дворе этого старейшего на территории северной Европы замка находится и первый появившийся в Финляндии колодец. Впрочем, несмотря на все эти грозности, замок брали неоднократно, и в списке победителей есть  и наши новгородцы.


Но прибывшему сюда Юхану владения казались маловаты, мысль о короне не давала ему покоя, и в 1562 году он женится на польской принцессе Катарине Ягеллонке, к которой, кстати, сватался и наш Иван Грозный. Принцесса обставляет замок с чисто королевской роскошью, здесь проходят балы, формируется местный «двор». Юхан перестает выполнять приказы старшего брата, становится излишне самостоятельным. Эрик приказывает ему явиться в Стокгольм, но и этот приказ не выполняется. Королю ничего не остается, как послать войска на усмирение непослушного брата. Замок берут приступом, Юхан оказывается в плену и ему предстоит опять проделать тот же маршрут через Ботнический залив, но уже в обратном направлении: из Турку в Стокгольм. И вот здесь открывается поучительная история женской верности, продемонстрированная его женой. Катарине было предложено вернуться в Польшу. Но на ее перстне было нацарапано: «Ничто, кроме» смерти» - и полячка покорилась судьбе и последовала за мужем почти на верную смерть. Но к счастью казнь им заменили ссылкой, а позже, в результате восстания, организованного младшим братьями, Эрик был свергнут, и в 1569 году на престол взошел Юхан III, а Катарина стала королевой. Сейчас в замке в ее комнате висит портрет этой героической женщины, а на стене рядом на писаны те знаменитых три слова.


И вот теперь уже младший брат отправляет старшего в ссылку – теперь уже Эрик проделывает тот же путь из Стокгольма в Турку, как и его брат Юхан восемь лет назад. Свергнутого короля помещают в шестиугольную башню в том же замке Або. Свой плен он переживает тяжело. И здесь есть вторая романтическая история, демонстрирующая уже и мужскую преданность. Рассказывают, что последняя жена Эрика Карин Монедоттер в 1573 году поселилась с детьми в хибарке в Туупиккала, расположенной на берегу реки Аура-Йоки. Эрик, тоскуя и стараясь разглядеть жену и детей, постоянно смотрел на противоположный берег из окна своей комнаты. По легенде от многочасовых стояний на подоконнике остались углубления от локтей. Финны очень трепетно относятся к этой истории и обязательно просят показать вмятины.  Этим же событиям посвящена и пьеса Августа Стриндберга «Эрик XIV» (1899).


Позже, в 1571 году, после того, как Эрик готовил побег и даже вступил в сговор с нашим Иваном Грозным, его отправили подальше на запад – в  крепость Кастельхольм на Аландских островах и он опять отправился в этот путь через залив.

Турку – конец пути

После всех этих историй замка с удовольствием можно отправиться в центр Турку. Гостевой причал расположен всего в километре от центра города. Работает с мая по сентябрь.


Если попасть в город в последнее воскресенье июня – то попадешь на дни средневековья: на Старой площади проходит карнавал. Горожане любят это праздник и с удовольствием облачаются в рыцарей и фрейлин, стражников и монахинь, торговцев и странников. На площади разворачивается базар, где не только торгуют, но и ремесленники показывают свои таланты: куют, ткут, выпекают… Рядом проходят рыцарские состязания: кто на скаку срубит кочан капусты да нанижет все обручи.


Если прибыть в Турку в августе – то попадешь на месяц музыкальных фестивалей. А чтобы найти место потише, можно отправиться на ночлег на остров Ruissalo. В центр города ходит регулярно автобус. Так что вполне можно вечером посетить пивные бары, оборудованные в старинных зданиях, где сохранены все интерьеры: гимназия, аптека, банк и даже туалет. Так что, неспешно потягивая пиво, можно опять же приобщаться к истории.


Маршрут наш, проходящий по Ботническому заливу, которым короли шли к славе и отправлялись в ссылку, по которому  за ними следовали верные жены, оставляя часто детей на попечении родных и оставаясь в истории, окончен. Вряд ли эти плавания тогда доставляли удовольствие монархам, им было некогда смотреть по сторонам, их впереди ждали совсем другие дела. А жаль, залив-то необыкновенно красивый!

    



Матвеева Ольга


Написать комментарий


Текст комментария:























Здоровье сибирское здесь.



111
кухонные мойки f 14; цена на мойку Blanco Classic 45 S Гранит